Оглавление

Маркиз де Шетарди
(1705-1758)

Маркиз де-ла Шетарди в России 1740-1742 годов

23 июня / 4 июля

Стр. 275

Герцог курляндский наконец вывезен из Шлюссельбурга в место ссылки.... «я это весьма заслуживал....» Линар просит... девицу Mенгден. Чем более я думаю об этом браке, тем более убеждаюсь, что он повлечет и причинит здесь много сцен, или я сильно ошибаюсь. Не говорю о великолепии, с которым отпразднуют свадьбу, — я очень уверен, что в этом отношении не будет пощажено никаких расходов. Я преимущественно обращаюсь к следствиям, которыя могут произойти, если на этот брак смотреть, как на сигнал для двух совершенно противоположных партий. Одна состоит из принца брауншвейгскаго и Остермана, другая — из фельдмаршала Mиниха, гр. Линара и его жены, отъявленной фаворитки правительницы29). Нельзя не согласиться, что взаимная ненависть тем более вкоренена между этими лицами, что принц брауншвейгский и гр. Остерман, справедливо видя в немилости Mиниха дело своих рук, захотят поддержать его. Они с крайним нетерпением смотрят на милость к девице Mенгден. Принц брауншвейгский сохраняет в памяти живое неудовольствие о неприличных с ним поступках Линара лет 7 или 8 тому назад и о письмах, которыя этот писал тогда герцогу курляндскому, чтобы помешать принцу жениться на правительнице*). Остерман, не смотря на весь почет, который он имеет низость выказывать Линару, далеко не забыл, что он во время пер-

*) По свидетельству Mанштейна (Memоirеs sur lа Russiе, II, 132), граф Динар пленил принцессу Анну еще в первое свое пребывание в Петербурге в 1733-36 годах, но Бирон и императрица Анна, узнав тогда об этой интриге, обязали польскаго короля отозвать своего министра. Сравни далее Примечание 36.

Стр. 276

ваго своего пребывания при русском дворе, хотел не с ним вести переговоры, а прямо с герцогом курляндским.

Mиних (здесь явная ошибка оригинала: должно читать Остерман) никогда не простят девице Mенгден что она, зная чувства к ней принца брауншвейгскаго, платит ему совершенно тем же. Наконец гр. Линар, также не нечувствительный к почестям, останется всегда неприятелем принца и гр. Остермана, если будет увлечен надеждою нравиться правительнице и желанием играть здесь роль пошлости своей жены. Средства, которыя будут употреблены при всем этом, могут быть различны, также как и последствия от них. Более естественным представляется уму моему, что гр. Mиних, после того как желал из собственных выгод, чтобы девица Mенгден вовсе не выходила замуж, и, бывши противником гр. Линара, не имел успеха победить в ней склонности к последнему, — присоединится ныне к нему и составит по обоюдному соглашению систему для сохранения в делах влияния, котораго он преимущественно будет жаждать, как бы однако ни прикрывался, чтобы обмануть других. Этого однако недостаточно: два противоречия, которыя можно предвидеть, трудно будет согласить в случае, если девица Mенгден, живя с своим мужем, не будет более иметь так часто свободнаго доступа к правительнице. Судя потому как перед тем случилось с той, которая, кажется владеет ныне всею доверенностью правительницы, можно быть уверенным, что последняя не замедлит передать эту доверенность другой, которая будет постоянно находиться с нею. В том же случае, напротив, когда для избежания такого неудобства, захотят, чтобы девица Mенгден удержалась в теперешней милости, то это не может быть иначе, как если Линар будет

Стр. 277

жить во дворце вместе с женою, и получит должность оберкамергера. А так как это не случитея без того , чтобы он не подвернулся случайностям, слишком обыкновенным при русском дворе, то может быть интерес саnосохранения пересилит в нем на столько, что у него не достанет мужества подвергать себя опасностям, неизбежным в блестящей карьере, к которой влечет Линара его честолюбие.

Примечание.

29) Здесь заметить кстати, что все курляндцы, лифляндцы, эстляндцы и разные выходцы из немцев, укоренившиеся нри русском дворе со времен Бирона, были между собою в родстве, свойстве и кумовстве. Так и Mенгдены с Mинихами были родственниками и свойственниками несколько раз. Бароны Mенгдены, родом из Вестфалии, давно поселились в Лифляндии. При императрице Анне было три брата Mенгдены: Иосиф-Генрих, Карл-Людвиг и Георг Первый — президент лифляндскаго гофгерихта был женат на дочери Mиниха, ХристинеЕлизавете; второй — президент коммерц-коллегии сочетался с племянницею фельдмаршала, Христиною Вильдеман. Часто упоминаемая здесь Юлиана Mенгден была двоюродная сестра этим трем Mенгденам и дочь дяди их, Густава. Из сестер ея — Анна Доротея была замужем за гр. Mиниховым сыном, а Софья за третьим Mенгденом — Георгом, генерал-директором лифляндских государственных имуществ*).

По словам Mанштейна**) Юлиана Mенгден при

*) Gеnеаl. НisТоrisсhen Nасhriсhtеn, ХLIII, S.S. 1106, 1109.

*) Memоirеs sur lа Russiе, II, р.р. 130 — 132.

Стр. 278

учила еще более к безпечности правительницу Анну, ссорила ее с мужем и способствовала ея наклонности к Линару. Анонимный автор замечаний на записки Mайнштейна*) опровергает таким образом эти обвинения: «Гулиана была пригожая собою смуглянка, благотворительная и кроткаго нрава; столько же была предана она великой княгине, сколько сия любила ее всем сердцем. Не будучи сотворенною к придворным проискам, не хотела она принимать ни малейшаго участия в делах. Безпечная по природе, Mенгден не хотела приметить сего недостатка в государыне своей; следственно не могла и сообщить ей онаго. Заботы государственныя (?!) подавали иногда повод к размолвке между правительницею и супругом ея. Молодая фрейлина, не имея никакого понятия об оных, не могла примирять супругов, а тем менее ссорить их: ибо доброе сердце сей девицы опровергает таковую клевету, и вообще все, что разсказывает о ней Mанштейн, есть также клевета.»

Если действительно эти замечания на записки Mанштейна, как предполагает г. Щебальский, принадлежат Mиниху сыну, то разумеется не мог иначе отозваться бывший гофмейстер правительницы Анны и муж сестры смуглянки Юлианы. Впрочем несостоятельность опровержений его видна с перваго раза: Юлиана Mенгден принимала деятельное участие в доставлении императорскаго титула правительнице. В 1743 г., когда судили Лопухиных и некоторых приверженцов правительницы Анны, жена камергера Лилиенфельда Софья на допросе показывала, что «маркиз де Бота с сожалением говорил, что она, принцесса, неосторожно жила и правление свое чрез то потеряла, и завсегда слушала фрейлин Юлии. На что мы (т. е.

*) Отеч. Зап. 1829 г. г. ХХХVIII, № 108, стр. 12 — 13.

Стр. 279

Лилиенфельд, Наталья Лопухины и гр. Анна Бестужева-Рюмина) ему ответствовали, что то совершенная правда: и сама она, принцесса, пропала, и нас погубила, и в подозрение привела»... Не могла она быть так невинна, как разсказывает автор замечаний, когда решилась выдти замуж за Линара, с которым была принцесса всегда на ея глазах, что свидетельствует и сам фельдмаршал Mиних. Было бы также наивно поверить, что одне государственныя заботы были причиною размолвок между принцем и принцессою брауншвейгскими.

Приводим здесь много раз печатанный отрывок из сочинения фельдмаршала Mиниха Ebauche pour donner une idee sur la forme du governement russe, Сореng., 1774, стр. 140 — 143: «Принцесса Анна от природы была небрежна в одежде: с головою, повязанною белым платком, она ходила к обедне без юпки на китовых усах, являлась так в публике, за обедом и после обеда, чтобы играть в карты с избранною партиею. В ней участвовали принц ея муж, гр. Линар, министр польскаго короля и фаворит ея, маркиз Ботта, министр венскаго двора и поверенный Линара — оба враги Прусеии — Финчь, английский министр и мой брат. Прочие иностранные министры и знатные придворные не были приглашаемы в эту партию, которая собиралась у Юлианы Mенгден, поверенной великой княгини и графа Линара. Последнему правительница пожаловала из своих рук орден св. Андрея и наградила его поцелуем прежде, чем встала с постели, хотя и была совершенно здорова*).»

«Она дурно жила с принцем своим мужем и спала отдельно от него; когда же тот хотел утром

*) Об этом есть также в последующих депешах Де-ла-Шетарди.

Стр. 280

войти к ней, то обыкновенно двери находил запертыми. У ней с гр. Линаром были часто свидании в третьем придворном саду, всегда в присутствии девицы Юлианы, которая там пользовалась минеральными водами. Если принц брауншвейгский хотел проникнуть в этот сад, то для него ворота были заперты, так как часовые имели приказание не пропускать через них никого. Линар жил не подалеку от ворот этого сада в доме Румянцова, почему принцесса и приказала построить вблизи дачу — этот дом теперь cnfk летним дворцом. В хорошую погоду она приказывала выносить свою постель на балкон зимняго дворца, выходивший на реку. Хотя ставили экран, чтобы скрыть постель, однако из втораго этажа соседних к дворцу домов все можно было видеть»...

© Вычитка и оформление – Константин Дегтярев (guy_caesar@mail.ru), 2005
Полное соответствие текста печатному изданию не гарантируется. Нумерация вверху страницы.
© П. Пекарский, примечания и дополнения, 1868
© Оцифровка — Владимир Шульзингер, 2004
Текст приводится по изданию: П. Пекарский. «Маркиз де-ла Шетарди в России 1740-1742 годов. Перевод рукописных депеш французскаго посольства в Петербурге». С.-Петербург. Отпечатано в типографии Юсафата Огризко в 1868 г.



Рейтинг@Mail.ru