Империя после Петра. История России и дома Романовых в мемуарах современников XVII-XX. 
Я.П. Шаховской, В.А. Нащокин. И.И. Неплюев. 
Составление А. Либерман, В. Наумов. 
М., Фонд Сергея Дубова, 1998
 

Оглавление

Яков Петрович Шаховской

Письма к императрице Елисавете Петровне 
и к графу Алексею Григорьевичу Разумовскому

Стр. 177

Всемилостивейшая государыня императрица. Вашему императорскому величеству, по верноподданнической моей должности, всенижайше доношу, и свидетель есть Всевышний Судья и сердцевидец Бог, что я порученную мне от вашего императорского величества должность, ей ревностно и беспристрастно всегда исполнять тщуся и о решении оставленных в Синоде без надлежащего исполнения дел, к пользе Святой Церкви и к лучшему вкоренению народу закона и в соблюдение вашего императорского величества интересов руководствовать могущих, Синоду письменно и почасту и словесно предлагая, и хотя за не частым в канцелярию членов полным собранием и за кратким их присутствию временем (о чем обстоятельно в подаваемых вашему императорскому величеству моих осьмидневных репортах значится), не скоро, но некоторые из тех к надлежащему исполнению производятся; а таковые ж между теми находящиеся дела, по коим одни яко епархиальные архиереи, а другие яко монастырские начальники правлениями и по оным ответами и отчетами в Синод обязаны и по тем же паки, яко члены в Синоде рассматривать и справедливо решить должны, весьма не скоро в надлежащее действо производятся. Того ради, по ревности и беспристрастию, с коими я вашему императорскому величеству служение мое подданническое исполняю и дабы я в том от Бога и от вашего императорского величества осужден не был, чрез сие донесть и экстракт о некоторых в Синоде без надлежащего исполнения длящихся делах Для собственного вашего императорского величества известия и рассмотрения (ибо уповаю, что по моим частым о том докукам доклады или просьбы к вашему императорскому величеству учинены будут) поднесть дерзновение принял, с истинным при том вашему

Стр. 178

императорскому величеству, яко Богу моему, откровением: чтоб означенные дела в Синоде в надлежащее состояние привесть, возможности моей нет, и скорее старания к учинению мне разными образы в том препятствия, нежели к надлежащему означенных дел исполнению, употребляются; ежели когда повелите мне, нижайшему рабу, предстать вашему императорскому величеству, то я по истине, яко Богу моему, без всякого пристрастия о происхождении оных дел вашему императорскому величеству донесу.

Всемилостивейшая государыня, вашего императорского величества всеподданнейший и нижайший раб

К. Яков Шаховской.

Дня 15 июля 1745 года.

Всемилостивейшая государыня императрица. По верноподданнической моей Богу и вашему императорскому величеству должности, которую я всегда беспристрастно продолжать тщусь, о оставленных поныне без надлежащего исполнения делах, каковых ваше императорское величество, яко главнейших Всевышнему Судье угодностей (то есть чтоб иметь милосердие к лишенным, не отвращать лица от злостраждущих и охотно являть пособствие тем, кои себе пособить не могут) исполнять всегда ищете, при сем вашему императорскому величеству из состоящих о тех указах экстракт с приложением моего мнения для всемилостивейшего рассмотрения и благоволения поднесть дерзновение принял, и при том же вашему императорскому величеству, яко Богу моему, истину доношу, кто в Синоде о таковых и сим подобных делах, кои до них самих, яко до епархиальных архиереев, также до монастырей и до вотчин им подвластных касаются, мне для вашего императорского величества интересов чинимые предложения прежде на меня злобу и ненависть, нежели надлежащее тем делам решение сочинять могут; но я, будучи в должности моей верен, не могу премолчать, ибо вашего императорского величества милость и правосудие твердая надежда и спасение мое есть. При сем же о прочих моих многих Синоду предложениях и о сочиненных для решения полезных дел выписках (о коих я вашему императорскому величеству в Петергофе письменно, а и здесь такожде и словесно доносил) ныне в канцелярии Синода без решения продолжаются. До смерти моей пребуду вашему императорскому величеству всевернейший, радетельнейший и всепокорнейший раб

Стр. 179

К. Яков Шаховской. Февраль 1746 года.

Сиятельнейший рейхсграф, милостивый государь мой, Алексей Григорьевич. По верноподданническому моему рабскому к ее императорскому величеству усердию, претерпевая все на меня Святейшего Синода членов негодования удержанием излишнего получаемого ими жалованья, которое они, сверх ежегодно бываемых им из архиерейских вотчин и монастырей многочисленных денежных и хлебных доходов, на свои собственные расходы употребляли, – уже двадцать четыре тысячи рублев в казне ее императорского величества соблюл. А ныне паки^ и за присланным ее императорского величества указом, Святейшего Синода члены в свою угодность, а не в силу указов, учиненным не по порядку определением оные взять себе хотели. Того ради, по моему ревностному усердию, с крайним моим вернотщательным прилежанием ее императорского величества интересы наблюдая, по силе моей инструкции, протестовал и не надлежащее о выдаче им того жалованья учиненное определение остановил и из того всего происхождения сочиненный экстракт для подачи ее императорскому величеству, ко всемилостивейшему рассмотрению и апробации с должным моим почтением при сем приложить дерзновение приняв, нижайше вашего сиятельства, милостивого государя моего, яко известного о всех ее императорскому величеству вернослужащих предстателя, прошу оный ее императорскому величеству, нашей всемилостивейшей государыне, поднесть и меня одного против многих за ее императорского величества интересы спорить определенного, в случае заочно токмо за свои прибытки жалобами сплетенными утесняемого, известным ее императорского величества правосудием защитить и испросить, чтоб позволено мне было не едиными словами, но чрез доказательство настоящих дел мою невинность и беспристрастную верность удостоверить. А я есмь и всегда подвергая милостивой вашего сиятельства протекции, с должным почтением непременно пребуду, сиятельнейший рейхсграф, милостивый государь мой, покорнейший слуга

К. Яков Шаховской. Июня 20 дня 1748 года.

Всемилостивейшая государыня императрица. Еще кроме надлежащей моей вашему императорскому величеству верноподданнической Учиненной присяги, в инструкции должности моей, вселюбезнейшим вашего императорского величества родителем государем императором Петром Великим узаконенной, между прочим, изображено: в 1-м пункте: «обер-прокурор повинен смотреть, дабы Синод свою

Стр. 180

должность хранил и во всех делах к рассмотрению и решению Синоду подлежащих истинно и ревностно и порядочно, без потеряния времени, по регламентам и указам, отправлял и чтоб в Синоде не на столе только дела вершились, но самым действом, по указам, исполнялись». В 2-м: «также должен смотреть, дабы Синод во всем праведно и нелицемерно по регламентам и указам поступал. А ежели что увидит противное сему, тогда в тот же час повинен Синоду предлагать явно, с полным изъяснением, в чем он или некоторые из них не так делают, как надлежит, дабы исправили. А ежели не послушают, то должен в тот час протестовать и оное дело остановить и немедленно объявлять генерал-прокурору для доношения вашему императорскому величеству». В 10-м: «и понеже сей чин – яко око и стряпчий о делах государственных, того ради надлежит верно поступать, ибо перво на нем взыскано будет и ежели в чем поманит или инако каким образом ни есть должность свою ведением или волею преступит, то яко преступник указа и явно разоритель государства наказан будет».

Того ради я оную мою должность со всякою верностию исполнять тщась, усмотря, что Святейший Синод, испрося у вашего императорского величества Коллегию экономии в свое со всеми доходы ведомство, вместо того чтоб, по силе Духовного регламента и многих вашего императорского величества указов, для содержания отставных офицеров и солдат, ранами и болезнями отягченных, и для сиротопитальных домов, в чем они многими ж указами одолжены были, доходов умножать, – из прежде окладных в казну собираемых денег по большей части в великовотчинные архиерейские домы и монастыри не требовать от оных, как надлежит, по силе Духовного регламента и указов, о повсягодных приходах и расходах ведомостей и не чиня по тем об остатках надлежащего попечения, по прошениям их, на починку и строение уже более 40 т. рублев роздали, сверх многих моих словесных напоминовений и письменно Святейшему Синоду о должном тех доходов соблюдении предлагал. Но точию по оным моим предложениям Святейший Синод надлежащего, в силу указов, исполнения не чинит. А из оной окладной собираемой в казну суммы не по надлежащему и поныне раздает. И для того я, чрез учиненный мой протест оную непорядочную выдачу остановя и сочиня из всего о том происхождении экстракт вашему императорскому величеству, с рабским моим почтением ко всемилостивейшему рассмотрению и благоволению поднесть дерзновение принял и доколе жив, с непременным моим усердием пребуду, всемилостивейшая государыня императрица, вашего императорского величества всевернейший, радетельнейший и всеподданнейший раб

К. Яков Шаховской. Июня 21 дня 1748 года.

Стр. 181

Всемилостивейшая государыня императрица. По порученной мне от вашего императорского величества в Святейшем Синоде должности, которую всегда ревностно без всякого пристрастия исполнять тщусь, усмотря в 1745 году, что присутствующие Святейшего Синода члены денежное жалованье, не по силе вселюбезнейшего вашего императорского величества родителя высокославныя и вечнодостойныя памяти государя императора Петра Великого состоявшегося о том в 1721 году генваря 18_числа указа, не малую сумму из лишнего из принадлежащей Богу и вашему императорскому величеству казны себе употребляют, сначала словесно подавая им совет, чтобы они собою оный указ преступать и излишним жалованьем пользоваться не дерзали, но испросили б того из высочайшей вашего императорского величества милости предлагал; но как они, того от меня за потребно не приняв, о той себе жалованья выдаче протокол подписали, то я тогда ж по должности моей, с ясными резонами письменно протестуя, тою им выдачу остановил, а вашему императорскому величеству, при всеподданнейшем доношении, о происхождении того экстракт подал. И с того времени Святейшего Синода члены, за необъявлением от них о получаемых ими от своих мест для причету, по силе означенного государя императора Петра Великого 1721 года указа, к жалованью доходах и за нечинением о том должного производства самовольно жалованья (коего с начала моего о том протесту против прежних выдач уже с 24 т. рублев в казне вашего императорского величества осталось) лишались. А сего 1748 года апреля 6 дня в присланном вашего императорского величества за собственноручным подписанием указе оный вселюбезнейшего вашего императорского величества родителя указ (который я, по верноподданнической моей должности, в 1745 году защищая, жалованья им без причету брать остановил) подтвержден и чтоб Святейшего Синода членам оное удержанное жалованье выдать и впредь производить по силе того 1721 года генваря 18 числа указа, точно изображено. Но оные чл'ены и за тем того жалованья себе получить имея тщание, сего июня 10 дня, будучи в синодальной канцелярии в собрании, в небытность мою объявя своеручно, без надлежащего поправления от их подчиненных мест канцелярского порядка для причету к жалованью об одних только, и то малом числе получаемых ими деньгах, а о хлебных и прочих вотчинных доходах, каковые владеющие деревнями обыкновенно продают и тем не малую сумму денег сочиняют, умалчивая и тогда ж не слушав по надлежащему сочиненной о том из указов выписки, учинили о выдаче оного непристойное, к немалому вашего императорского величества интереса ущербу, припискою в преждеучиненное к производству протоколов

Стр. 182

решение, которое я, по должности моей, протестациею останови и вышеписанных денег взять их не допустя, о всем том происхождении и моих на оное чинимых им протестах экстракт, такоже и с своеручных их объявлений копию, для всемилостивейшего рассмотрения и апробации вашему императорскому величеству при сем подношу. И припадая к стопам вашего императорского величества, с рабскою моею верноподданническою' покорностью прошу явить мне со всемилостивейшим покровом наставление, понеже без того один против шестерых, да еще таковых персон, которые по своим делам просители и сами судьи есть, в частых спорах за ваши императорского величества интересы обретаючись и с истинною в изнеможение впаду. И при сем на известное вашего императорского величества правосудие твердо уповая, что заочная оных Святейшего Синода членов на меня приносимая жалоба без надлежащего исследования и доказательства природной вашего императорского величества к верноподданным милости и от меня нижайшего отвратить не может, во всю жизнь мою непременно пребуду, всемилостивейшая государыня императрица, вашего императорского величества всеподданнейший и всерадетельнейший раб

К. Яков Шаховской. Июня 21 дня 1748 года.

Всемилостивейшая государыня императрица. Во исполнение вашего императорского величества мне повеления о деньгах всенижайше доношу: из тех только, кои я усмотря, что напрасно тратились, силою вашего императорского величества указов, от надлежащих расходов удержал 100 т. рублев ко употреблению, куда ваше императорское величество повелите. С вернорабским моим усердием всеподданнейше представляю, а именно: 1) Собранные, в силу Духовного регламента и указов, по смерти духовных персон при Святейшем Синоде и в разных местах по епархиям обретающиеся тридцать тысяч девятьсот сорок четыре рубли. 2) В Новгородском архиерейском доме, за положенное тому дому суммою, по апробованному от государыни императрицы Анны Иоанновны, на все как архиерею, так и на прочее довольное содержание штату, остающиеся деньги и за хлеб, по ценам с 1745 года, с посланного по объявлению моему из Святейшего Синода (дабы оных никуда в расход не тратить) вашего императорского величества указа, поныне за шесть лет – сорок семь тысяч восемьсот пятьдесят восемь рублев. 3) Из собирающейся на штат Святейшего Синода суммы (из коей напредь сего повсягодно синодальные члены не в силу указов сверх бываемых им многочисленных от епархий и монастырей доходов полное жалованье брали, удержанные мною ж с майской 1745 года трети,

Стр. 183

поныне, кроме несколько в расход между тем временем употребленных) в наличестве остается более тридцати тысяч рублев. А ежели когда ваше императорское величество и оным синодальным членам за вышепоказанные прошлые годы, в коих они епаршескими и монастырскими доходами себя содержали, означенное удержанное жалованье сполна, из единой вашего императорского величества высочайшей милости, выдать повелите, то оные синодальные члены и кроме тех денег из других в ведомстве Святейшего Синода бываемых в разных местах за расходами остатков и из неокладных сборов толикую сумму сыскать могут. По канцелярии ж синодальной экономического правления; где всех епархий и знатнейших монастырей доходы ведомы, остающихся от расходов в наличестве денег и хлеба мало оказуется. Но ежели бы, всемилостивейшая государыня, во оной экономической канцелярии о доходах (кои Святейший Синод у вашего императорского величества на богоугодные дела и для лучшего тех доходов размножения испрося поныне еще в худшем состоянии оставляет) по моим Святейшему Синоду неоднократным письменным предложениям (о чем я, по должности моей, и вашему императорскому величеству доносил) учреждены были, то б поныне уже не малая сумма денег, а наипаче величайшее число хлеба в готовности было. Всемилостивейшая государыня императрица, вашего императорского величества всевернейший, радетельнейший и всеподданнейший раб

К. Яков Шаховской. Ноября 10 дня 1751 года.

Всемилостивейшая государыня императрица. Упрямство, что я всегда, беспристрастно соблюдая вашего императорского величества интересы, прилежно наблюдаю, дабы монаршеская власть и рабское послушание в своих пределах сохранялось, и что я с такими, кои по делам, на которые точных регламентов и указов нет, вместо того чтоб с докладу и иепрося указ вашего императорского величества, по тому поступать, сами по своим рассуждениям о тех определяя в действо производить охоту имеет, я ни для какого приобретения согласиться не могу, учинило меня, в кратчайшее в сем моем от вашего императорского величества пожалованном чину, Военной коллегии неприятелем. Но чтоб о всем подробно происхождении описанием теперь ваше императорское величество не утрудить (но когда повелите, обстоятельнее представлю), при сем о последнем происхождении кратко донесть дерзаю. Понеже при таковых чрезвычайных войск, в силу именного вашего императорского величества указа, движений необходимо потребно будет сверх определен-

Стр. 184

ных табелей и штатов и деньгам на чрезвычайные расходы и на всякие тому войску и генералитету случающиеся необходимости употреблять; но чтоб о таковых экстраординарных деньгам вашего императорского величества расходах предрассуждать и число и меру полагать и по своим определениям производить ныне присутствующим в Военной коллегии, о том оная коллегия ни от вселюбезнейшего вашего императорского величества родителя, ни от последующих по нем коронованных государей, наивящше же от вашего императорского величества точного указу не имеет; но только то, что в прошедшую польскую войну, по докладу Минихову, от государыни императрицы Анны Иоанновны дана была за собственноручным подписанием резолюция, дабы комиссариат на кургеров, на штафеты, на шпионов и на прочие чрезвычайные расходы, по его тогдашним письменным требованиям, деньги отпускал. Толкуя себе в пример ныне и впредь, а паче когда и война случится, чрезвычайные расходы определять в свою власть приписуют, а меня и комиссариат, без всякого отрицательства по их определениям, выдавать принуждает, и что я их в том не послушал и спросился Сенату (в чем комиссариат особливо указом вселюбезнейшего вашего императорского величества родителя обязан) – за все то мое упрямство невзирая на то, что комиссариатская должность под особливою протекциею вашего императорского величества, как о том именно в военном артикуле в 3-й главе означено, взысканием ответа и еще без надлежащего штрафа оставить меня не намерена. Всемилостивейшая государыня, в таковых случаях сколь более они от исполнения у вашего императорского величества именного за рукою о чрезвычайных деньгам расходах указу (о коем я точно обер-цалмейстеру и оной коллегии члену Сумарокову ясно, как им самим тако определять не надлежит, персонально доказывал) отдаляются избрав, то, как выше изображено, данную Миниху резолюцию себе в пример (коим паче себя обвиняют, нежели оправдают) свое в том определении утверждать и впредь действительными учинить стараются, столь наиболее беспристрастная ревность и вернорабское к вашему императорскому величеству усердие в том им не последовать, а вашему императорскому величеству донесть принуждает, что исполня с несомненным упованием на ваше императорского величества правосудие и милость, которые меня в подобных сему при Синоде приключениях не токмо защищали, но и беспристрастну в должности моей в век быть научили. Повергаяся к стопам вашего императорского величества, покорно прошу, рассмотря мою невинность и дабы Военная коллегия, сердясь, что я не их собственные определения исполнять, но вашего императорского величества указы ненарушимо хранить тщусь, в смятность должность мою не приводили, милостиво защитить и избавить меня от клеветы человеческой, дабы

Стр. 185

возмог сохранить заповеди твои. Всемилостивейшая государыня, вашего императорского величества всеподданнейший и вернорадетельнейший раб

К. Яков Шаховской. Июня 13 дня 1753 года.

Всемилостивейшая государыня императрица. Сего марта 15 дня в присланном ко мне от генерал-шефа, кавалера и вашего императорского величества генерал-адъютанта графа Петра Ивановича Шувалова письме объявлен вашего императорского величества указ, чтоб повеленную, по докладу моему, постройку цейхгауза впредь до указа не чинить; о чем, по рабской моей должности, вашему императорскому величеству во известие и, буде о том производстве от кого инако как вашему императорскому величеству донесено, во оправдание мое чрез сие представить смелость принял. Когда в прошедшем декабре месяце ваше императорское величество изустно повелеть мне соизволили, чтоб цейхгауз для поклаж армейских мундирных и амуничных вещей отстроивать, тогда же я, по должности моей, как такие дела производить и утверждать надлежит, – еще же слыша, что ваше императорское величество об отделке всего того цейхгауза намерение свое объявлять изволили, представляя, что по прежней смете на отделку только внутри в некоторой части оного цейхгауза для поклаж комиссариатских магазейнов сорок тысяч Рублев от архитектора показано, – испросил у вашего императорского величества позволение, чтоб план и разных образцов тому цейхгаузу фасады, а о ценах, во что тот станет, смету для апробации прислать к вашему императорскому величеству; и потому, прибыв в Москву, чрез архитектора, князя Ухтомского, сочиня оному цейхгаузу план и разных образцов фасады, с особливым же при том показанием, сколько в оном цейхгаузе только для надобностей комиссариатских места и в том строения потребно, и с учиненными оным же архитектором о всем том строении порознь о ценах сметами с приложением моего доклада и мнения сего года минувшего генваря 15 дня к генерал-прокурору, князю Никите Юрьевичу Трубецкому, для представления вашему императорскому величеству к рассмотрению и апробации послал. Но не получа на то вашего императорского величества апробации и точного указу, никакого начинания к тому строению не учинил, ибо я, по должности верноподданнической, и особливо будучи при Синоде, частыми из уст вашего императорского величества научениями пользоваться и утверждаться имел счастие, всегда должности моей дела не инаково, но во всем как вашего императорского величества законы и точные

Стр. 186

указы повелевают производить всегдашнее тщание имею. Всемилостивейшая государыня императрица, вашего императорского величества всеподданнейший и вернорадетельный раб

К. Яков Шаховской. В 16 день марта 1755 года, из Москвы.

9

Всемилостивейшая государыня императрица. Я, сначала будучи не богат и чрез 36 лет в военных и штатских службах беспорочно в должностях моих обретался, высочайшею вашею императорского величества милостью в знатный чин возведен, а к содержанию моей фамилии и к поведению по пристойности моего характера, также на платья и экипаж, весьма недостаточные доходы имел, ибо и ныне за мною токмо во всех деревнях не с большим 1000 душ и так малодоходны, что, ей, не более как на 1'/2 тысячи рублев в год получаю. Но Всевидящему и Всемогущему Творцу угодно стало, чтоб меня от убожества чрез графиню Софью Никитичу Головину избавить; она, по отце Пушкиных одной фамилии и не весьма дальняя родственница с матерью моею, узнав меня, учинилася ко мне милостива и видя, что я с покорностью и ласкою справедливо ей во всяких случаях и в ее тяжких, почти всегда одержимых, болезнях и с детьми моими вернорадетельно и неотступно упреждая домашних рабов ее, служим и о здравии и о упокоении ее всеусердно всегда стараемся, в такое удостоверение и обязательную милость нас приняла, что не только недостатки к содержанию и поведению нашему награждала, но еще соизволила, чтоб и по смерти ее определенною от нее к нам милостью мы от убожества избавлялись; по учиненной о своих имениях письменной за ее рукою и нескольких свидетелей подписанной духовной, также и во всенижайшем своем к вашему императорскому величеству сочиненном же письменном прошении, между прочим, о мне и о детях моих – чтоб в некоторых ее имениях участниками же быть, – написала. А уведомился я, что ноября 27 числа она, будучи в Москве, из тяжких ее болезней, по воле Всемогущего, от сея временныя в вечную жизнь взята; того ради оное ее, графини Головиной, к вашему императорскому величеству нижайшее прошение, а с ее духовной и завещательного письма, кои я куда надлежит, в силу вашего императорского величества законов, для производства представил, для известия копии при сем подношу и, нижайше припадая к стопам вашего императорского величества с сыном и с дочерью моею, которая уже невеста, еще на моих руках есть, всеподданнейше просим: всемилостивейшая государыня, ради Самого Бога, по природному своему милосердию и правосудию,

Стр. 187

избавьте нас от убожества. Всемилостивейшая государыня, вашего императорского величества всеподданнейший раб

К. Яков Шаховской. Декабря 5 дня 1755 года.

10

Всемилостивейшая государыня императрица. Несумненно веруя о божеском и о вашем императорского величества правосудии, что сие мое недостойнейшего и под гневом вашего императорского величества в сокрушении находящегося раба слезное и неискусным пером в волнении страха и горести сочиненное прошение так, как Сам Бог, выслушать не возгнушаетесь, приемлю смелость всенижайше представить, всемилостивейшая государыня, что я ветхие и к сломке и к переноске назначенные покои, в коих была разрядная и живали комиссар, также пиво- и медовары и их работники, состоящие ныне впусте при дворцовых пивоварнях, которые по течению Яузы реки, с одной стороны ниже гофгошпиталя, а с другой стороны ниже торговых бань, ей, весьма не на приличном месте находятся, дерзнул приказать гошпитальную контору и несколько подьячих и прочих служителей здоровых, а не больных и окроме таких, кои за больными хождение имеют, перевесть и чрез то в гошпитале верхний апартамент опорознил и при себе более 100 постелей для больных солдат вновь прибавил и тем тогда всех привозимых больных солдат и рекрут принимать и для пользования в призрительном содержании иметь способ нашел и то, по истине, всемилостивейшая государыня, для такой необходимости, чтоб спасать жизнь без призрения умирающих от духоты и от непомещения в гофгошпитале больных солдат: ибо я ссылаюсь на полковых командиров, как без помощи солдат в горячках и в прочих болезнях, за неимением в гошпитале к помещению места, назад чрез Москву в их квартиры полумертвых отвозили. А потом, когда г.Маслов, паче жалости к призрению больных солдат, за одно только то, что я без позволения его оные ветхие покои занять велел, озлобясь и минуя все то, как я от его же подкомандующего уверен, что оные покои, также и все те пивоварни уже дворцовой гжельской волости крестьянин Яков Федотов сломать и перенесть на Введенские горы подряжен; да хотя б и того не было, то не потребовав, дабы я на том же или б и лучшем месте, где б он мне назначил без помешательства призрения больным солдатам, а к надобному времени такие ж покои из нового леса построить велел, токмо многие жалобы к повреждению моему несправедливым образом соплетал и уваживая о тех покоях излишнее опорожнения оным домогался; то и тогда я, опасаясь, дабы более 33 то, когда оные негодные и к сноске назначенные покои впусте до

Стр. 188

сломки стоят, а больные в гошпитале паки от тесноты без помощи страдать будут: в том пред Богом и пред вашим императорским величеством обвинен не был, о опровержении оных, без особливого вашего императорского величества указа, пока минует необходимая надобность, ответною из комиссариата к нему, Маслову, промемориею с прописанием вышеозначенных резонов отказать отважился, довольно зная, как ваше императорское величество и величайших сокровищ для помощи таким страждущим жалеть не изволите и будучи в рассуждении, когда оный Маслов, тех ветхих покоев и пиво- и медоварен, которым я от него только до мая месяца, пока можно, несколько в легких болезнях солдат в палатках помещать требовал, сломать не велит и, в повреждение мне, инаково о том вашему императорскому величеству донесет. И когда в том так, как и от всех заочно обвиняемых, и от меня ответ ваше императорское величество взять повелите, то б, все о том изъясня с доказательством о ветхости оных строений и что те пиво- и медоварни по течению Яузы реки с одной стороны ниже и близ самого гошпиталя, а с другой стороны неподалеку ж и ниже ж торговых бань, ей, весьма в неприличном месте стоят, вашему императорскому величеству представить был готов и когда б повелено было, вместо оных, где наилучшем месте, хотя из суммы гошпитальной, новые построить к надобному времени успели бы, и тогда же вспомня пример, как и в прошедшую шведскую войну в С.-Петербурге, за непомещением в гошпитале умножившихся больных, многие партикулярных персон каменные пустые дома заняты были, чтоб и он, т. Маслов, недавно построенный о двух апартаментах каменный свой дом, ныне порозжим состоящий, в случае, ежели еще больные умножатся, в угодность Богу и в честь себе для помещения и призрения оных больных солдат занять мне позволил, оною промемориею его склонял особою; как слышу, он, соплетая на меня жалобы, разглашает тот двор его не токмо занимать, ниже назначать под больных не приказывал и в том всеми свидетельствуюсь также, что я и во оные ветхие и в ломку назначенные при поварнях обретающиеся покои во осторожность, – а особливо слыша злобное г. Маслова, как он тот мой поступок мне в повреждение превратить устремился, многократно определенному именным вашего императорского величества указом, для повседневных при гошпитале смотрений и лучшим порядком наблюдательств, генерал-майору Кумингу и под его ведением состоящим гошпитальному доктору и комиссару (чтоб не токмо плотников и протомоиц, ибо оные для житья и таких дел другие особливые места имели), но ниже таких, кои часто при больных находятся, во оные избы жить не допускали, подтверждал и во уверение того, что во оные покои, в силу моих приказов, не таковые жить определены от оных, как генерал-майора Куминга, так и от

Стр. 189

комиссара с точным показанием, кто именно во оные ветхие покои из гошпитальных служителей переведены, репорты имею. И что же оные после поданных мне репортов плотников и протомоек своевольно в те покои перевели и о том мне знать не дали, того мне усмотреть невозможно, паче же ныне при многотрудных моих о заготовлении и отправлении на армейские и новоформирующегося корпуса полки мундирных и амуничных вещей и прочих по должности моей нужнейших и время не терпящих делах, для коих я непрерывно в каждый день большую часть в канцелярии комиссариата бываю. Всемилостивейшая государыня императрица, я, не ища никаких предстателей, к правосудию и милости вашего императорского величества прибегая и с рабским моим повиновением припадая к стопам вашего императорского величества, чрез сие всепокорнейше просить дерзаю, ежели как инако о моих в том поступках от кого вашему императорскому величеству донесено, то, для лучшего о всем том уверения, повели, всемилостивейшая государыня, из здесь главнейшим в поверенностях вашего императорского величества находящимся персонам, по присяжной должности, исследовать, и ежели инаковые мои производства найдутся и буде после поданных мне от генерал-майора Куминга и от комиссара вышеписанных репорт из других мест плотники и протомои в те ветхие и к сломке назначенные покои по моему приказу или с моего ведома переведены и жили, то, по законам вашего императорского величества, нещадно еще наказать меня повелеть. Всемилостивейшая государыня императрица, вашего императорского величества вернорадетельнейший и всеподданнейший раб

К. Яков Шаховской. Майя 1 дня 1757 года.

Всемилостивейшая государыня императрица. Какие я, по моей должности, о скорейших из рижских магазейнов к полкам мундирных и амуничных вещей отвозах старательства употреблял, о том обстоятельно в учрежденную при дворе вашего императорского величества Конференцию уведомил. А ныне же, во исполнение изустного вашего императорского величества мне повеления, по верноподданнической моей рабской должности, вашему императорскому величеству беспристрастно доношу. Я в проезд мой чрез Ригу к генералу Фермеру до Либавы и будучи там, также и обратно едучи до Риги, сколько где мне с солдатами и с офицерами видаться случалось, всегда елико возмог разведывал чрез пристойные разговоры, какую °ни склонность имеют к преждебывшему главному их командиру и отчего в прошедшей кампании солдаты в слабости были? И хотя, всемилостивейшая государыня, как обыкновенно от разных людей

Стр. 190

разные и рассудки слышал, но по большей части сказывали, что солдаты до баталии были в состоянии и охотно как наискорее с неприятелем драться желали. А когда по счастливой баталии паче чаяния к границам армия назад пошла, то солдатам было неприятно, и потом случившаяся худая погода и трудные марши много слабости и болезней солдатам приключили, и то все к непохвале главному командиру причитают. А ныне же солдаты, коих мне видеть случалось, а до прочих от многих уверяем был, что все в добром состоянии и охотно в поход собирются; и, по истине, беспристрастно же вашему императорскому величеству доношу: когда мне случалось в разговорах им напоминать вашего императорского величества соизволение и сказуемые им милости, то не токмо язык их, но и вид, на лице их оказующийся, довольно уверял, что они повеления вашего императорского величества ревностно и охотно исполнять тщатся. Всемилостивейшая государыня, вашего императорского величества верноподданнейший и всенижайший раб

К. Яков Шаховской. Дня 4 генваря 1758 года, из Риги.

12

Ее императорскому величеству самодержице всероссийской от тайного действительного советника, генерал-прокурора князя Шаховского всеподданнейший доклад. Ваше императорское величество из высочайшей милости к дому вставшему барона Александра Строганова в их соляных, медных и железных заводах повелеть мне соизволили между женой и детьми его на основании законов раздел учинить; и я, стараясь всемилостивейшее вашего величества исполнить по всем вашего императорского величества о разделах узаконениям, с крайним моим наблюдением рассматривал; но токмо точных о соляных, о медных и железных заводах, за движимое или за недвижимое имение их почитать и как оные наследникам и женам разделять, узаконений нет; и не для того ль, что такие минеральные промыслы и заводы по большей части после уложения строиться и размножаться стали, а в дворянские фамилии и гораздо невдавне вошли и о тех разделах едва ль дела и тяжбы приказные были ль, ибо таких и по справкам не оказуется. А только по прежним делам, также и еще по состоявшейся о разделе Валковых, наследников 1749 года на докладе собственноручной вашего императорского величества апробации, – из домовых всяких пожитков и уборов, также хлеба и скота, из городовых и загородных дворов и приморских мест и в деревнях из помещичья строения женам четвертая часть к получению утверждается. И для того всенижайшее мнение мое при сем представить дерзновение принял: оные соляные так медные, и железные и другие заводы, также как и прочие из таковых материалов

Стр. 191

разных художеств фабрики от разных строений, инструментов, плотин и водой движущих машин, работою же и деньгами ж из земли и воды достающие прибыли, гораздо ближе к мельницам и дворам помещиковым с садами регулярными и со многими в тех уборами, с фонтанами и прочими водяными и земляными строениями (как первые для прибыли доходов, так последние для прибыли ж вместо денег, любящим хороший вид и увеселительного при тех время провождения такими же капиталами построены) уподоблять и равно из всех тех женам, яко из движимого 4-я, а наследникам указные части определять; что все, к высочайшему соизволению и апробации, вашему императорскому величеству всеподданнейше представляю.

К. Яков Шаховской. Майя 20 дня 1761 года.

13

Оставшее после покойного барона Строганова недвижимое имение, т. е. родовые, жалованные и купленные деревни со всякими угодьи, с людьми и со крестьяны, между женою его баронессою Строгановой и наследницами двумя дочерьми разделены все без остатка и каждая своею частью действительно уже владеют.

А ныне раздел ее, баронессы Строгановой, с наследницами состоит только в следующем: 1) При соляных промыслах в розсольных трубах, варницах и анбарах. 2) При медных и железных заводах, в фабриках, дворах и разных заводских инструментах и рудах, как наличных, так и в земле сысканных, и в мастеровых людях. В строение и произведение тех заводов и на прииск руд баронесса Строганова употребила от собственной своей части капитала в число всей суммы 4-ю часть. А законами повелено: Соборного уложения 17-й главы по 1-му пункту, женам после мужей давать из мужних животов 4-ю часть да приданое. По именному 194 году указу, по 1-му пункту, из оставших после мужей дворов давать женам четвертый жеребий.

Сие высочайшее узаконение ясно доказывает, что всякие приисканные под землею руды почтены за движимое имение; ибо теми подземными богатствами дозволено пользоваться и крестьянству, которому, напротив того, недвижимым имением владеть законами запрещено.

По берг-привилегии 1719 и по берг-регламенту 1739 годов, позволено всем и каждому, не токмо российским подданным, но и иностранным, какого б кто чина и достоинства ни был, во всех местах как на собственных, так и на чужих землях искать, копать, плавить, варить и чистить всякие металлы – золото, серебро, медь, олово, свинец, железо, также и минералы – селитру, серу, купорос и квасцы и всяких красок потребные земли и каменья, с таковым обнадеживань-ем, что те приобретенные подземные богатства и построенные заводы навсегда за ними и наследниками их останутся.

Стр. 192

По именному 1731 года указу, после умерших мужей из всего их недвижимого имения давать женам со 100 – по 15 чет., а движимого – по уложению.

По высочайшей ее императорского величества конфирмации 1749 года повелено оставшей после камергера Балк-Полева жене выделить из недвижимого имения с,о 100 по 15 четвертей, а из санкт-петербургского и московского его дворов и из приморских мест, а в деревнях из помещичьих дворов и из хлеба стоячего и молоченного, посеянного и всяких припасов и домовых уборов, из лошадей, рогатой и мелкой скотины и из прочего движимого, в силе указов, – 4-ю часть.

Итак, по точному вышеписанному законов содержанию, за недвижимое имение почитаются одне токмо деревни с четвертною дачею, а дворы и всякое строение в промыслах, заводах и фабриках и все прочее имение, какого б звания оное ни было, действительно движимым почтено; которому узаконению последуя и государственная Мануфактур-коллегия после умерших фабрикантов и оставшихся фабрик с материалами и инструментами и из всякого строения выделяет женам их четвертую часть.

А понеже соляные розеолы и медные и железные руды находятся под землею не везде, но в некоторых весьма редких местах и положение имеют жилами и слоями, при чем и бывают разной доброты, то как по их приобретению, так и положению, с недвижимым имением, т. е. с пашенными и порозжими землями, лесными угодьями и сенными покосами, в коих заключается четвертной дачи мера, ни малейшего сравнения не имеют, а более по качеству своему сравниваются с движимыми вещами: ибо всякий, кто таковые подземные богатства по счастию найдет, пользуется ими по вынятии уже их из-под земли, употребляя розеол на варение соли, а руды – на выплавку и выковку металлов; при всем же том произведении должен завсегда издерживать капитал и доставать деньги через деньги, а не так, как вотчинные доходы получаются через безденежные крестьянские работы.

14

Всемилостивейшая государыня императрица. Правительствующий Сенат в рассуждении по нынешним в казне деньгам недостаткам, последуя предложениям и показуемым расчислениям г-на сенатора гр. Петра Ив. Шувалова, согласно определили, чтоб о размножении легковеснейших медных денег план представить к Конференции вашему императорскому величеству. Но я по многим моим диспутам и по показуемым от него, г-на сенатора гр. Шувалова, изъяснениям (которым все прочие господа сенаторы, кроме

Стр. 193

гр. Александра Ив. Шувалова, который к тому рассуждению не приступил, – следуют) не мог согласиться и за полезное признать оное медных денег умножение; наивящшее же, что за собственноручным подписанием вселюбезнейшего вашего императорского величества родителя и двумя вашего величества, за собственноручным же подписанием, указами ж умножение медных денег вредом почтено. Все предусматриваемые мною о тех сумнения и могущие быть в производстве оного нового плана неполезности Правительствующему Сенату, окроме словесных изъяснений, письменно, по должности моей, и с показанием, вместо оного плана, других казне способов предложил. На «которое мое предложение он, г-н сенатор граф Петр Ив. Шувалов, письменное возражение подал, коему Правительствующий Сенат, так же как и прежде, согласуя, остались при учиненном своем (о коем уже я выше упоминал) прежнем определении. Но я, и по всем таким производствам, и доныне не могши преодолеть моих сумнений и опасаясь, чтоб я за премолчание, по должности моей, осужден не был, оное Правительствующего Сената определение и мое на то с протестом предложение так, как инструкция моя повелевает, имею в готовности вашему императорскому величеству к высочайшему рассмотрению и благоволению поднесть и готовым себя представляю пред вашим императорским величеством г-дам сенаторам оные мои в том деле сумнения и признаваемые неполезности, для коих я с ними не согласуюсь, ясно доказывать. О чем и ожидать буду вашего императорского величества повеления; а при сем принял смелость, к собственному вашему императорскому величеству сведению, самый краткий экстракт о состоянии и происхождении того дела поднесть. Всемилостивейшая государыня, вашего императорского величества всеподданнейший раб

К. Яков Шаховской. Дня 18 июля 1761 года.

15

Всемилостивейшая государыня императрица. Вашего императорского величества мне, нижайшему рабу, высочайшие милости, которые Удостоили меня в так знатных чинах и доверенностях быть, как я ныне конференц-министром и генерал-прокурором в Сенате нахожусь, наивящше обязали меня всегда как должность рабскую, так и особливо мою наичувствительнейшую благодарность вашему императорскому величеству самыми делами справедливо показывать. И хотя к тому всегда со тщанием и устремляюсь, но, как Богу, самую истину вашему императорскому величеству донесть должен, что я генерал-прокурорской должности по надлежащему исполнять не в состоянии, ибо генерал-прокурор монаршим глазом и стряпчим о делах

Стр. 194

государственных назван, и не только что в Сенате делами и канцелярскими служителями управлять, но и во всех коллегиях и губерниях прокуроров имея в ведомстве своем, всегда наставления и подтверждения к успеху их дел посылает. И неотменно должен генерал-прокурор все важные государственные дела знать, помнить и неусыпно всегда стараться полезные в действо, а вредные – в истребление как наискорее приводить; и все в таких случаях встречающиеся несогласия и сопротивления справедливостию, неутомленным духом превозмогать и всегда неослабно законы, пользы и правосудие вашего императорского величества предохранять и защищать. А я уже более 40 лет в воинских и статских службах, а напоследок пред сим в тяжких для моей головы должностях, в Синоде обер-прокурором 11 лет, да генерал-кригс-комиссаром 8 лет обретаясь, еще, окроме что по летам моим болезненным припадкам подвержен, имею издавна головную болезнь, которая, время от времени умножаясь, приводит меня в крайние изнеможения, так что часто бываемая темнота в глазах моих читать и писать не допускает; а чувствительная в голове боль весь рассудок мой затмевает, и от того все надлежащие к должности моей предприятия без исполнения остаются, а я только в смятении тогда еще и духом болезную, чувствуя, сколь то для государства не полезно, а вашему императорскому величеству неугодно будет, что от таких моих частых изнеможений так надобная звания моего должность свои надлежащие производства и успехи теряет. Того ради, несумненную на милость и правосудие вашего императорского величества надежду имея, с сею и моею истинною откровенностию повергаяся к стопам вашего величества, всенижайше прошу избавить меня от генерал-прокурорской должности, которую я исполнять не в состоянии, и повелеть мне быть в числе сенаторов, а я до последнего издыхания моего пребуду вашему императорскому величеству верный и радетельный раб

К. Яков Шаховской. Дня 13 октября 1761 года.

Оцифровка и вычитка -  Константин Дегтярев, 2004



Рейтинг@Mail.ru