Оглавление

Записки артиллерии полковника Ермолова,
с объяснением по большей части тех случаев,
в которых он находился,
и военных происшествий того времени
[1801 —1807 гг.]

Часть I

Исполнилось желание России! Взошел на престол ныне царствующий император, прекратились четырехлетние ее страдания!

At vos incertam, mortales, funeris horam Quaeritis, et qua sil mors adilura via[i].

Propertius.

1801. Co смертию императора Павла 1-го множество несчастных увидели конец бедствий, в числе коих и я получил свободу. По справедливости время сие могу я назвать возрождением, ибо на 21 году жизни содержался я под караулом как преступник; найден невинным и обращен по именному повелению на службу; взят менее, нежели через две недели, вторично; исключен из списков как умерший; заключен в С.-Петербургскую крепость и впоследствии отправлен в ссылку в Костромскую губернию, где начальством объявлено мне вечное пребывание[ii]. Всемогущий во благости своей, царям мира, равно как и нам, положил предел жизни, и мне суждено воспользоваться свободою. Радость заставила во мне молчать все другие чувства; одна была мысль: посвятить жизнь на службу государю, и усердию моему едва ли могло быть равное. Я приезжаю в Петербург, около двух месяцев ежедневно скитаюсь в Военной коллегии, наскучив всему миру секретарей и писцов. Наконец доклад обо мне вносится государю, и я принят в службу. Мне отказан чин[iii], хотя принадлежащий мне по справедливости; отказано старшинство в чине, конечно, не с большею основательностию. Президент Военной коллегии генерал Ламб, весьма уважаемый государем, при всем желании ничего не мог сделать в мою пользу. С трудом получил я роту конной артиллерии, которую колебались мне поверить как неизвестному офицеру между людьми новой категории. Я имел за прежнюю службу Георгиевский и Владимирский ордена, употреблен был в войне в Польше и против персиян[iv], находился в конце 1795 года при австрийской армии в приморских Альпах[v]. Но сие ни к чему мне не послужило; ибо неизвестен я был в екзерциргаузах[vi], чужд смоленского поля, которое было защитою многих знаменитых людей нашего времени.

Я приезжаю в Вильну, где расположена моя рота. Людей множество, город приятный; отовсюду стекаются убегавшие прежнего правления насладиться кротким царствованием Александра 1-го; все благословляют имя его, и любви к нему нет пределов! Весело идет жизнь моя, служба льстит честолюбию и составляет главнейшее мое управление; все страсти покорены ей! Мне 24 года; исполнен усердия и доброй воли, здоровье всему противостоящее! Недостает войны. Счастье некогда мне благоприятствовало!

1803. Мирное время продлило пребывание мое в Вильне до конца 1804 года. Праздность дала место некоторым наклонностям, и вашу, прелестные женщины, испытал я очаровательную силу; вам обязан многими в жизни приятными минутами!

1804. Я получил повеление выступить из Вильны. Неблагосклонное начальство меня преследовало, и в короткое время мне назначены квартиры в Либаве, Виндаве, Бирже, Гродне и Кременце на Волыни; я веду жизнь кочевую, и должен был употребить все способы, которые дала мне служба, при моей воздержности и бережливости. У меня рота в хорошем порядке, офицеры отличные, и я любим ими, и потому мне казалось все сносным, и служба единственное было благо.

1805. Проходя из местечка Биржи, инспектор всей артиллерии граф Аракчеев делал в Вильне смотр моей роты, и я, неблагоразумно и дерзко возразя на одно из его замечаний[vii], умножил неблаговоление могущественного начальника, что и чувствовал впоследствии. За год до того рапортом чрез частного инспектора просил я увольнения в отставку, и чтобы воспользоваться оною за четыре месяца до узаконенного времени, я предлагал отставить [меня] майором, хотя почти уже семь лет находился в чине подполковника. Я думаю, что подобной просьбы не бывало и, кажется, надлежало справиться о состоянии моего здоровья!

Война против французов в Австрии.

Спокойное России состояние было прервано участием в войне Австрии против французов. С 1799 года, знаменитого блистательными победами Суворова в Италии[viii], уклонялась она от всех войн, бурным правительством Франции порожденных. Двинулись армии наши против нарушителей общего спокойствия. В помощь Австрии пошел генерал Голенищев-Кутузов[ix]; армия его должна была состоять из 50 т[ысяч| человек. Войска под начальством генерала Михельсона[x] вошли в области польские, приобретенные Пруссиею. Отряд войск в команде генерал-лейтенанта графа Толстого[xi] отправлен в Ганновер; Пруссия должна была нам содействовать.

Генералу Кутузову назначено было соединиться с австрийскою армиею, расположенною в Баварии, под предводительством генерала Мака[xii].

Австрия, в надежде на дружественное расположение курфюрста[xiii] баварского и обольщенная им, заложила знатные магазины в его владениях, предпринимая вынести войну сколь возможно далее от областей своих. Эрцгерцог Карл[xiv] с другою армиею находился в Италии. Ожидаема была наша армия, и военные действия не начинались.

1805. Генерал Кутузов находился еще в Петербурге, а генерал-адъютанту барону Винценгероде[xv] поручено было армию его ввести в Австрию и сделать с оною все нужные условия касательно перехода войск. По новому вещей порядку генералы, старшие чинами, должны были ему повиноваться, чего достаточно уже было, чтобы посеять неудовольствие; но генерал Винценгероде умел прибавить к тому надменность и дерзкое обращение, и негодование сделалось общим. Солдаты роптали за то, что когда полки были в движении, он приказал обозы обратить в квартиры, продать излишнее имущество солдат и уничтожить артели[xvi]. Все было продано за бесценок и без ведома солдат. Весьма редки примеры, чтобы между немцами братья родные жили без строгих расчетов, и потому неудивительно, что барон Винценгероде не имел понятия об артелях. Подобные распоряжения, по счастию, вскоре прекращены были прибытием генерала Кутузова, и радость войск изобразить невозможно!

Пришедши с моею ротою к Радзивиллову, я уже не застал армии и догонял ее ускоренными маршами, почему ехавшему из Петербурга генералу Кутузову попался я на дороге, и он, осмотрев роту, два уже месяца находившуюся в движении, одобрил хороший за нею присмотр, ободрил приветствием офицеров и солдат, расспросил о прежней моей службе и удивился, что, имевши два знака отличия времен Екатерины, я имел только чин подполковника, при быстрых производствах прошедшего царствования. Он, сказав мне, что будет иметь меня на замечании, приказал поспешить в соединение с армиею.

Между тем войска наши проходили австрийскую Галицию в полном избытке, в порядке совершеннейшем, и уже не в дальнем были расстоянии от Браунау.

По распоряжению главнокомандующего, отпущено было в войска большое число подвод и учреждены станции для перемены оных другими. Войска в каждый день делали удвоенный переход, ибо половина пехоты попеременно садилась на подводы, артиллерия половину пути делала на обывательских лошадях. Армия следовала пятью колоннами, в одном марше расстоянии между собою.

Таким образом армия наша собралась в окрестностях Браунау, и в сем городе учредилась главная квартира; авангард был в Баварии на 13 часов пути.

Известно было, что собирается французская армия, и уже не весьма в далеком расстоянии от австрийской, почему войска наши получили маршруты до Ульма, и мы готовились к выступлению.

Генералу Кутузову представляют немолодого человека, имеющего сообщить ему важное известие. Мог ли ожидать г[енерал] Кутузов, что то был сам генерал Мак с известием о совершеннейшем уничтожении армии, бывшей под его начальством?

Наполеон напал на австрийскую армию при Ульме. Генерал Мак, худо извещенный о движениях неприятеля, не довольно был осторожным, войска его были разбросаны и собраться не успели. Внезапная атака такое произвела замешательство, что армия, довольно многочисленная, в хорошем весьма состоянии, вся по частям и почти без сопротивления разбита была совершенно и большею частию досталась в плен; взята вся артиллерия и все обозы[xvii]. Спаслись от поражения небольшие части войск под начальством эрцгерцога Фердинанда[xviii], генералов Кинмейера и Мерфельда. Не избежал плена и сам генерал Мак; но давши реверс[xix] не служить против французов, он получил увольнение и за паспортом их отправился в свои поместья. Перевязанная белым платком голова его давала подозрение, что главного подвига сохраняет он по крайней мере некоторую память. Но он успокоил насчет опасности, объяснив, что от неловкости почталиона он более потерпел, нежели от неприятеля. В дороге опрокинута была его карета, и он ударился головою так, однако же, счастливо, что она сохранена на услуги любезному отечеству.

Генерал Мак в штаб-офицерских чинах замечен был предприимчивым и храбрым в войне против турок под Белградом[xx], и с того времени, сделавшись известным, нашел он у двора сильное покровительство, и ко всем впоследствии по службе назначениям продолжил путь интригами. По его нелепым планам предпринята кампания против Французской республики в Бельгии[xxi] под начальством принца Кобургского. Он пользовался особенным благоволением императрицы, первой жены Франциска II-го[xxii].

Узнавши все подробности происшествия, генерал Кутузов, поблагодаря г[енерала] Мака за известие, с ним расстался. Кажется, никому лучше нельзя было поверить в сем случае.

Генерал Мак и то заслужил удивление, что скоростию путешествия своего предупредил и самую молву. Австрийская армия не имела на сей раз расторопнейшего беглеца.

Генерал Кутузов нашелся в необходимости переменить сделанные им распоряжения, и положение его час от часу делалось затруднительнее. Неприятель шел с большою скоростию и уже не в дальнем находился расстоянии. Быстрое отступление было единственным средством, но с нами была вся тяжелая артиллерия, госпитали и обозы. Дабы сколь возможно облегчить войска при отступлении, приказано все тягости отправить обратно; но г[енерал] Кутузов с войсками оставался в Браунау, ожидая присоединения австрийских войск, спасшихся от поражения при Ульме.



[i]

[ii] О пребывании в ссылке в Костроме см. «Заметки А. П. Ермолова о его молодости».

[iii] «Мне отказан чин» — Ермолову следовал чин полковника, но вследствие «немилости» со стороны Аракчеева, недовольного Ермоловым за его «дерзкое» поведение, в это ему было отказано.

[iv] «Употреблен был в войне против Польши и против персиян» — речь идет об участии Ермолова в составе войск под предводительством А. В. Суворова в 1794 г. в военных действиях против Польши и о походе русских войск под командованием генерала В. А. Зубова в 1796 г. против войск иранского шаха Аги-Мохаммеда, подвергшего в 1795 г. разгрому Грузию.

[v] В 1795 г. Ермолов находился в составе австрийских войск, ведущих военные действия против Французской республики в Северной Италии.

[vi] Екзерциргауз — помещение для строевых упражнений.

[vii] Рассказывают, будто на выговор Аракчеева Ермолову о том, что лошади в его роте «худы», последний ответил: «По службе наша участь, ваше сиятельство, часто зависит от скотов».

[viii] Имеется в виду Итальянский и Швейцарский походы Суворова против французских войск в Северной Италии и Швейцарии в апреле — октябре 1799 г.

[ix] Михаил Илларионович Кутузов (1745—1813) — выдающийся русский полководец, генерал-фельдмаршал, князь Смоленский, главнокомандующий русской армией в Отечественную войну 1812 г. В 1805 г. — командующий русской и австрийской армиями против войск Наполеона.

[x] Иван Иванович Михельсон (1740— 1807) — генерал от кавалерии, командовал в 1805 г. русским корпусом на территории Пруссии.

[xi] Петр Александрович Толстой (1761 —1844) — в 1805 г. в чине генерал-лейтенанта командовал отрядом русских войск в Ганновере, впоследствии чрезвычайный и полномочный посол при Наполеоне; в 1812 г. командовал резервными войсками при волжских губерниях; был начальником Нижегородского ополчения, позже генерал от инфантерии.

[xii] Мак (Макк) Карл (1752—1828) —фельдмаршал австрийской армии; в 1805 г. генерал-квартирмейстер; с началом в том же году войны России и Австрии с Францией назначен начальником штаба австрийской армии эрцгерцога Фердинанда, а фактически был командующим армии.

[xiii] Курфюрст баварский — Максимилиан Иосиф (1756—1825) — курфюрст (с 1799), король (с 1806) Баварии.

[xiv] Эрцгерцог Карл — Карл Людвиг Иоганн (1771 — 1847) — брат австрийского императора Франца I; в 1805 г. генерал-фельдмаршал и военный министр Австрии.

[xv] Фердинанд Федорович Винценгероде (1770—1818) — граф, командовал русской армией в 1805 г. до прибытия М. И. Кутузова. В 1812 г. в чине генерал-лейтенанта командовал отрядом русских войск, прикрывавших направление Москва — Петербург; позже генерал от кавалерии.

[xvi] Солдатские артели — создававшиеся по разрешению военного начальства в ротах солдатские объединения для совместного ведения финансово-хозяйственных дел. В мирных условиях в свободное от службы время солдатским артелям даже позволялось для дополнительного заработка заниматься работами по найму.

[xvii] Речь идет о разгроме и пленении австрийской армии Наполеоном 20 октября 1805 г. при Ульме.

[xviii] Эрцгерцог Фердинанд — Фердинанд Карл Иосиф (1781 — 1850), — австрийский фельдмаршал, командующий австрийской армией в 1805 г.; в 1809 г. командовал австрийским корпусом, действовавшим в Варшавском герцогстве.

[xix] Реверс — обязательство.

[xx] Во время второй русско-турецкой войны (1787—1791 гг.) Россия выступила против Турции вместе с Австрией, войска которой вели военные действия на территории Белградского пашалыка. В составе этих войск находился и Карл Макк (Мак).

[xxi] Речь идет о подавлении австрийскими войсками революционного движения в Бельгии в 1790 г.

[xxii] Франциск II (Франц II) — последний император «Священной Римской империи»; с 1808 г. Франц I — австрийский император.

Оцифровка и вычитка -  Константин Дегтярев

 Публикуется по изданию:  «Записки А.П.Ермолова 1798-1826» М. "Высшая школа", 1991



Рейтинг@Mail.ru