Оглавление

Анна Николаевна Дубельт
(1800-1853)

Письма А.Н. Дубельт к мужу

Письмо 75

Стр. 150

12 марта 1852 г. Рыскино

Ну вот видишь, мой ангел Левочка, ты не пустил меня к Николиньке, а ведь он может и много таких ошибок сделать в Слониме, как сделал в Петербурге; что поехал в дальнюю дорогу зимою на колесах? Оно проще было бы поставить дормез на полозки в Петербурге, а по своей неопытности он сделать этого не догадался, да и промучился дорогой, да и пролежал на боку. Точно такие же простые случаи могут встретиться с ним и в Слониме, он не приметил или не сумеет предвидеть, да и опрокинется как-нибудь, чего Бог сохрани, но всякое может случиться. Если бы я была в Петербурге, я бы не допустила его ехать на колесах, потому что так много ездила зимою и знаю, в России в феврале ездить на колесах невозможно. То же самое может случиться и в Слониме, что он самой пустой вещи не приметит, а я бы смотрела во все глаза, да подчас и надоумила бы его. Ты боялся, Лева, что мое присутствие наделало бы ему развлечений? Да разве я гостья чужая, мой друг, что ему бы надо было возиться со мною? Я слишком люблю своих детей и могу сказать, слишком рассудительна, чтобы обременять их собою по-пустому. Когда им досужно, очень натурально, что я желаю их видеть побольше, но где служба, тут совсем другое дело. Нужна я, со сцены не сойду, мешаю, я сейчас и за кулисы.

Что я не поехала, мне же лучше. На месте покойнее и тысяча серебром остались в кармане; но я желала ехать, чтобы ему быть полезной, а после истории о полозках еще более уверена, что я во многом бы помогла ему и его бы надоумила.

Ты говоришь, Лева, что как за Гатчиною есть люди, так они тоже люди и потому продали Николиньке дрянные полозки под его экипаж. Но я думаю, других, лучших не было. Где ж там достать хороших полозков? Коле следовало бы поставить дормез на зимний ход на месте в Петербурге, на полозки, крепкие прочные окованные железом, как следует. А то где же можно достать дорогой на какой-нибудь маленькой станции хорошие полозки, да еще окованные? Извини меня, Левочка, что я так много толкую о полозках, но это опять от того, что я опасаюсь, чтобы такие же истории и промахи не встретились с нашим гусаром и в Слониме. Несмотря на свои 32 года, живя постоянно под твоим крылышком, он мало знает трудности жизни и не привык с ними бороться.

Стр. 151

А я как помогала ему в детстве и в юношестве, так помогала бы и теперь, не полком командовать, а усматривать те простые случаи жизни, которые кажутся иногда ничтожны, но бывают иногда чрезвычайно важны по своим последствиям. Жаль, что ты с Николинь-кой не пустили меня ехать за ним.

16 марта

Третьего дня, в пятницу, были у меня дорогие мои Корсаковы, обедали, пили чай и ввечеру уехали часу в осьмом, уже при свечах. Я так была им рада, что трудно выразить. Люблю их до безумия, а уже лет пять не видела. Они так меня расшевелили, что я чуть не поехала вслед за ними в Тарусово. Какие милые, умные, добрые, образованные люди! Как с ними весело время идет, да и то много значит, что эта привязанность с детства.

Целую твои ножки за чудесные закуски. Этакие славности ты прислал!

Полное соответствие текста печатному изданию не гарантируется. Нумерация вверху страницы. Разбивка на главы введена для удобства публикации и не соответствует первоисточнику.
Текст приводится по источнику: «Российский архив»: История Отечества в свидетельствах и документах XVIII-XX вв. Альманах: Вып. XI — М.: Редакция альманаха «Российский архив». 2001. — 672с.; ил.
© М.: Редакция альманаха «Российский архив». 2001
© Оцифровка и вычитка – Константин Дегтярев (guy_caesar@mail.ru)



Рейтинг@Mail.ru