Оглавление

Анна Николаевна Дубельт
(1800-1853)

Письма А.Н. Дубельт к мужу

Письмо 4

Стр. 84

6-го июля. Рыскино

Вообрази, Лева, как обидно, что я, такой аккуратный человек, пропустила Машиньку, не выставив для нее лошадей в Выдропуске, и допустила ее нанять в яму лошадей, чтоб снова приехать. Не знаю почему я ожидала ее только к 10-му, и потому надеялась, что до того еще получу от нее письмо, и только 4-го послала в город, послала, а она и тут. Прежде, чем человек вернулся из города, Машинька под вечер 4-го числа приехала к нам. Я себе простить не могу моей оплошности. Только что Машинька приехала, и письмо ее привезли, где она пишет, что 4-го полагает быть в Рыскине. Получи я это письмо днем раньше, я бы успела послать лошадей в Выдропуск. Так нет, провозилась, пока опоздала. Настоящая возюхина! Не правда ли?

Добрая Машинька пробыла у нас двое суток, завтра едет. Жаль будет и пусто будет очень, как они уедут, они такие добрые, такие милые люди, что нельзя их не любить от всей души. Эти два дня пролетели как две минуты.

Видайся с ними почаще и люби их, как они того достойны, прошу тебя, мой ангел. Степан Поликарпович так добр, умен, рассудителен, мил, что нельзя не любить и не уважать его от всего сердца. Я такого достойного человека, право, редко встречала. Только ты с ним похож да Сенюш-ка. Добрее вас трех и скромнее, право, на свете нет.

Машинька привезла мне счастье, только она приехала и деньги появились. Продала я ржи 60 четвертей за 930 <рублей> на монету, 210 <рублей> задатку оставлю себе на расходы, а 720 <рублей>, когда получу, пришлю тебе. Так я рада, что могу прислать тебе денег! Мне хотелось было послать их тебе со Степ<аном> Поликар<повичем>, но еще не получены. Обещают принесть в конце этой недели. Уж нечего делать, пришлю по почте.

Я хочу проводить наших милых Лавровых до Волочка и объехать туда на Выдропуск, потому что прямая дорога на Волочек очень грязна и очень дурна.

Вообрази, как обидно, оба эти дни, что Машинька здесь, все дождь идет, изредка прояснеет, и опять дождь. Ни разу не могли мы ни обедать, ни чаю пить на воздухе, ни даже на балконе. В саду гуляли раза два, все поднявши платье от мокроты, в калошах и то беспрестанно боясь промочить ноги. Нельзя ни посидеть, ни порядочно погулять по саду. Все бежит домой от дождя. Беда, да и только!

Я получила твое последнее письмо от 27-го июня. С нетерпением буду ожидать известия о Думаю про себя, а еще с большим нетерпением буду ждать от тебя присылки хоть двух или хоть одного экземпляра. Ежели останется за нами, то уж ты не пожалей трудов, чтобы напечатать и объявить об этой книге в газетах. Только надо просто делать, как делают другие — объявить самому в газетах на свой счет да самому и похвалить, по крайней мере хоть объявлять почаще. Надо раздать и книгопродавцам, и на буксир потянуть Андрея Глазунова, нашего приятеля. Особливо объявлять в газетах как можно больше и чаще.

Приостановись давать денег, душечка, за нашего садовника. Его барин здесь, и садовник здесь просит денег* для уплаты оброку, так это будет двойная плата. Садовник говорит, что в Петербурге этот господин совсем ему не барин, а барин здешний майор Шванибах и что здесь ему надо и оброк вносить. Так эдак мы можем вдвойне платить нашему садовнику, что будет довольно убыточно — он очень добрый малый, послушен, смирен, но плохой садовник.


* Далее зачеркнуто: давать (прим. публ.).

Стр. 85

7-го июля, утро

Вообрази, Лева, что мы так вчера хохотали, что давно я не помню такой хохотни между нами; все нас смешило, а больше всех Анна Прокофьевна. Степан Поликарпович тебе расскажет, какая она шутиха. К этому, вздумала я подчивать моих гостей шеколадом после обеда. Павел, повар, сварил его и принес в горницу наливать. Он никогда не бывал с парадного крыльца ни в старом, ни в новом зале и заблудился; что всего смешнее, это то, что, беспрестанно желая скрыть себя и шеколадницу от нас, он поминутно попадал в ту комнату, где мы сидели, и не нашед ни приготовленных чашек, ни Аристара, кои оба были налицо в буфете, он с шеколадницею побежал стремглав назад в кухню, и опять мимо нас, и таким образом унес предмет наших ожиданий, шеколад, с собою. Нам так смешна стала эта беготня, что мы хохотали, как дети, и после уж все смешило нас.

Вечер

Машинька хотела сегодня ехать, но осталась за погодою, дождь ливмя льет целый день, сыро, холодно — достойное вознаграждение за прошедшие жары. Между тем Родивон Васильевич принес и остальные деньги за рожь, 720 <рублей> на серебро, которые я просила наших Лавровых к тебе довезть. Они взялись, и так, ты получишь от Степана Поликарповича 720 <рублей> на серебро, то есть 180 целковых <рублей>, что составляет 675 <рублей> на ассигнации. Я полагаю этим заплатить 500 <рублей>, что ты мне дал на дорогу, а остальными 175 <рублей> заплати какой хочешь долг. Кроме того, я еще останусь тебе должна, уж тут прошу тебя, мой голубчик, потерпи, пожалуйста — денег в виду нет, а коли будут, то еще пришлю для уплаты остальных долгов моих.

Посылаю тебе на показ рыскинский колос, еще незрелый, чтоб ты видел, как он хорош, и как зерна будут велики. Посылаю тебе еще две мерки задвижек к окнам. В зале у нас только

2 задвижки у 7-ми окон, а в Торжке больше нет. Без задвижек же окна не держутся, и в большой ветер мы принуждены привязывать их платками к стульям. Сделай милость, пришли нам 5 пар задвижек по этой паре мерок; тут одна большая, другая маленькая, но обе к одному окну, надо по паре к каждому окну, итак, 5-ть больших и 5-ть маленьких задвижек, всего 10-ть, но не 10-ть пар, а 10-ть задвижек, что составит 5-ть пар к 5-ти окнам. Задвижки медные все, на мерке нарисовано, где должны быть пуговки, за которые отворяют задвижки. Надо, чтоб все пуговки были в равном расстоянии от края, а то будет безобразно, если иначе. Пожалуйста, купи мне таких задвижек и пришли посредством дилижансовой конторы. Я за них в Торжке платила по 3 <рубля> 50 <копеек> за пару, или еще, кажется и по 3 <рубля> ровно, то уж ты не плати дороже 3 <рублей> 50 <копеек>.

Ты не писал ни однажды, Лева, что ты сделал с нашим мальчиком, Ванюшкою, которого мы хотели в столяры отдать. Напиши, пожалуйста, что с ним делается, и где он.

Прощай, мой ангел, целую тебя от всей души, дети просят твоего благословения. Все здоровы.

Твой друг А. Дубельт

Полное соответствие текста печатному изданию не гарантируется. Нумерация вверху страницы. Разбивка на главы введена для удобства публикации и не соответствует первоисточнику.
Текст приводится по источнику: «Российский архив»: История Отечества в свидетельствах и документах XVIII-XX вв. Альманах: Вып. XI — М.: Редакция альманаха «Российский архив». 2001. — 672с.; ил.
© М.: Редакция альманаха «Российский архив». 2001
© Оцифровка и вычитка – Константин Дегтярев (guy_caesar@mail.ru)



Рейтинг@Mail.ru